В Кызыле маршрутный автобус сбил пятерых пешеходов
Ресурсы углеводородов Дальнего Востока по объемам сопоставимы с крупнейшими нефтегазоносными провинциями мира
Пять человек погибли в ДТП с рейсовым автобусом в Ставропольском крае
Медведь напал на пенсионерку в Кемеровской области
Урожай растет, но сельское хозяйство накрывает кризис
Минсельхоз отчитался об уборочной кампании — в закромах уже 72 миллиона тонн, и по прогнозам сбор зерна в 2026 году достигнет 138-139 миллионов тонн, что почти соответствует прошлогоднему показателю. Но статистика обманчива, сравнивать нынешний урожай с прошлогодним не совсем корректно, и как только эксперты берут для анализа более спокойное время, оптимизм уступает место настороженности. Главные проблемы сосредоточены в экономике — цены на зерно упали вдвое, топливо подорожало в два с лишним раза, а экспортная инфраструктура оказалась под ударом. Подробнее о ситуации — в материале Накануне.RU.
В прошлом году на юге России случился провал урожая, однако потери удалось компенсировать за счет центральной России, Поволжья и Урала, где урожайность оказалась высокой. В этом году юг восстановился, но компенсировать потери за счет других регионов уже не получится, хотя уборка там еще не завершена, но окончательные итоги могут оказаться хуже ожидаемых. Пока аналитики сходятся на прогнозе в 138-139 миллионов тонн, что ниже прошлогоднего урожая и наглядно демонстрирует, что даже восстановление юга не решает системные проблемы отрасли.
Президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский настаивает на том, что адекватная оценка урожая возможна только при сопоставлении с позапрошлым годом, когда южные регионы не проваливались по урожайности. В сельском хозяйстве сложилась парадоксальная ситуация: хороший урожай вместо прибыли приносит аграриям убытки, поскольку зерно некуда продавать. Экспортные отгрузки практически остановились из-за проблем в черноморских портах, и после недавних прилетов в Новороссийске два крупнейших терминала — НКХП и НЗТ — остановили работу на неопределенный срок. Внутренний рынок не способен переварить такие объемы, экспортеры перестали закупать, внутренние переработчики с тревогой ждут дальнейшего падения закупочных цен.
Пшеница четвертого класса опустилась ниже 12 тысяч рублей за тонну, хотя в прошлом сезоне ее продавали по 15 тысяч, а фуражное зерно в ряде регионов уходит по 6 тысяч рублей при себестоимости 10-12 тысяч рублей за тонну. "Это колоссальные убытки, — говорит эксперт. — Главные последствия мы не почувствуем в нынешнем сезоне, мы их почувствуем в следующем. Сейчас вынужденно продают по таким ценам, потому что денег взять неоткуда, но как осенью пройдет посевная и на что — неизвестно".
Погодные условия тоже сыграли свою роль, дожди в ряде регионов не давали аграриям зайти на посевную в этом году, значит, и убирать придется позже. Жара тоже дала о себе знать для определенных культур. Топливный кризис пришелся как раз на начало уборочной страды на юге, эксперт в области селекции и агротехнологий Григорий Кухаренко рассказывает, как тяжело пришлось на практике рядовому фермеру, который был вынужден стоять на заправках по 5-10 часов, получая в одни руки не более 100-200 литров.
При этом одному комбайну требуется 300 литров в день. Любая задержка с уборкой оборачивается потерями в 1-3% урожая за день, и когда пшеница созревает, а убрать ее невозможно, эти потери уже не восполнить. Кухаренко предлагает создавать региональные фермерские ассоциации, которые могли бы выбивать квоты на топливо и защищать интересы малых хозяйств, поскольку крупные агрохолдинги пережили кризис относительно безболезненно, имея резервы, а средний фермер оказался заложником ситуации.
Но куда более серьезный ущерб, чем дефицит топлива, наносит цена на топливо. Аркадий Злочевский акцентирует на этом внимание — топливо подорожало в два с лишним раза, по сравнению с весной, это нагоняет себестоимость, которую невозможно перекрыть продажами. Крестьянам неоткуда взять деньги на осенний сев, кредиты недоступны, а продать зерно по нормальной цене невозможно, поэтому они вынуждены сбывать его по цене ниже себестоимости. Злочевский предупреждает, что этот ущерб отзовется позже не только на самих аграриях, но и на всех потребителях — дорогое топливо уже заложено в себестоимость, и в конечном счете за все заплатит покупатель.
Государственная поддержка теряет эффективность, Злочевский приводит показательный пример: деньги выделяются на возврат заброшенных земель в оборот, и Минсельхоз отчитывается о восстановленных трех миллионах гектаров, но в этом году посевные площади под зерновыми и зернобобовыми сократились почти на те же три миллиона — с 43,75 до 40,83 миллиона гектаров. Куда же вернули те самые три миллиона, если они уже выпали? Такие отчеты, по его словам, искажают реальную картину и создают иллюзию благополучия, в то время как экономика сельского хозяйства падает, и даже Росстат уже фиксирует это снижение.
Перераспределение площадей в пользу масличных культур тоже несет риски, эксперт обращает внимание на то, что подсолнечник, рапс и лен раньше служили страховкой для зерновых, позволяя закрывать убытки, но в этом году рекордный урожай масличных может обернуться катастрофическим падением цен. Одна из компаний в Ростове уже предлагает форвардные контракты на подсолнечник по 24 тысячи рублей за тонну при текущей цене 45 тысяч, что означает падение почти вдвое, и если цены опустятся до 19 тысяч, как уже случалось в прошлые кризисные сезоны, закрывать убытки будет просто нечем.
Еще одна беда, общая — страховка не покрывает ущерб от прилетов беспилотников. Страховые компании отказывают в выплатах, ссылаясь на форс-мажор. Крупные холдинги могут установить защитные системы защиты за свой счет, но у фермеров таких денег нет, и они остаются беззащитными. Технологии здесь не помогут, нужны решения на государственном уровне, считают эксперты.
Кризис в сельском хозяйстве не является стихийным бедствием, Злочевский называет его по ряду аспектов вполне рукотворным, поскольку правительство даже в столь тяжелых условиях продолжает вводить административные и технические ограничения на экспорт, демотивируя производителей и изымая деньги из их карманов. Чтобы исправить ситуацию, нужно снять пошлины на экспорт и запустить закупочные интервенции, которые поддержат спрос и остановят падение цен. Профилактические меры сейчас важнее, чем борьба с последствиями, когда кризис уже наступит. Если фермеры не донесут свои проблемы до власти, многие хозяйства не смогут провести сев и обанкротятся — это ударит по продовольственной безопасности страны.
Летать в России станет еще дороже
Креатив Госдумы так и прет: про букмекеров и депутатов
Вот это "Вызов"
