В Астрахани люди массово отравились котлетами: возбуждено уголовное дело
Александр Проханов: Путин совершил стратегическую ошибку, передав власть Медведеву
Заявленные на завтра санкционированные и не санкционированные митинги протеста против нечестного подсчета голосов на выборах в Госдуму так или иначе будоражат общество.
Кто-то радостно перезванивается и твиттерится с приятелями и думает - что бы такое надеть на столь нестандартное для привычных выходных времяпрепровождение? Кто-то в мыле получает инструкции от "вашингтонского обкома" и раздает их активистам. Кто-то напряженно следит за новостями в сети Рунет. Кто-то, вздыхая и матерясь - опять выходной псу под хвост - готовится к трудной работе. Кто-то разогревает себя политическими спорами перед завтрашним днем.
Большинство сограждан задумывается над судьбой страны и своей собственной.
Для тех кто задумывается, публикуем как всегда искрометно, ернически, образно и точно высказанные мысли Александра Проханова - писателя, главного редактора газеты "Завтра" в эфире радиостанции "Эхо Москвы".
 "проханов александр андреевич писатель|Фото: Накануне.ru")
Александр Проханов:
Мне кажется, что мы имеем дело, когда встретились 2 технологии. Это встреча 2-х технологий. Власть, Кремль уже многие годы предлагает свою выборную технологию, она, эта технология полна изобретений, она полна креатива, там множество всевозможных экспромтов. Чего стоит экспромт, связанный с Народным фронтом, например? Или чего стоит тот самый экспромт, который превратил нашу власть во власть тандема?
И надо отдать должное Кремлю, что вот эти технологии работали вплоть до последнего времени, когда навстречу этим технологиям, а, может быть, как бы, из недр вот этих кремлевских технологий выпорхнула нынешняя, московская технология, которая является тоже отработанной, оранжистской, оранжевой технологией.
Эта технология предполагает выборы, они должны состояться обязательно, раз. Она предполагает мнения о том, что эти выборы не честные, что они фальсифицированные, это мнение широко тиражируется и, по существу, пускает глубокие корни. Она предполагает массовые выступления проигравшей оппозиции на улицах, она предполагает силовое столкновение с властью, которая расценивает выступления оппозиции как конституционный переворот. Она предполагает (эта технология) жертвы среди выступающей оппозиции, а желательно, чтобы это были жертвы смертельные, чтобы там пролилась кровь. И она предполагает мощное нарастающее давление на власть со стороны Запада.
Вот эта технология блестяще проявила себя в свое время в Сербии, в Грузии, отчасти в Киргизии, на Украине она блистательно себя проявила. Сейчас она отрабатывается в Москве. Причем, совершенно не важно, были эти выборы честные или они были лживые, фальшивые. Я считаю, что они были фальшивые. Но это тоже никого не интересует.
Важно, что вот эту точку зрения разделяет весь народ. Народ привык, что его обманывают. Народ привык, что у него украли великую собственность советскую, украли леса, чернозем, недра, украли, может быть, даже будущее. И поэтому он верит тем, кто говорит, что у него украли голоса. Что такое голоса по сравнению с тем, что у него украли страну, огромную красную державу?
Поэтому мнение о том, что власть эти выборы сфабриковала и что процент фабрикации равен 15-17% - оно утверждается, оно стремительно распространяется по стране и в это верят все.
* * *
Я верю в централизм. Конечно, на мой взгляд, Путин совершил стратегическую ошибку, передав власть Медведеву. Этим самым он уронил себя. Его ореол как такого, единоличного лидера, отважного, смелого и несменяемого, как бы, помазанника – он резко сократился, он упал втрое.
* * *
Меня волнует страна гораздо больше, чем моя собственная судьба. Но она не решается через выборы – она решается вот через эти схватки, которые сейчас идут на улице. Судьба страны решается сегодня поминутно, и она решается достаточно сложным и, с другой стороны, тривиальным образом.
Она решается таким образом. Вот сейчас состоялись выборы в парламент. По-видимому, вот история, если говорить пафосно, она сейчас ворвалась в парламент через все предпарламентские предвыборные бури, скандалы, инсинуации, фальсификации, и она в парламенте мгновенно окаменела, это время остановилось. И парламент наш напоминает сейчас (или завтра будет напоминать) окаменевшую раковину, в которой умер моллюск и который оставил множество экзотических и изящных отпечатков на этих стенах. А история, реальная история устремилась двумя руслами, двумя потоками. Один поток, огибая парламент, устремился сейчас на улицу, в толпу. Этот поток истории формирует эту бурю, эти взрывы, он формирует эти эксцессы уличные. Эти эксцессы будут нарастать, они будут захватывать все большее и большее количество самых разных групп. Начавшись вот с либеральной такой компоненты, она, видимо, вот эта буря может захватить националистов, скептиков, анархистов, туда могут переходить разочарованные военные, туда могут переходить взбунтовавшийся средний класс и так далее. Это один поток.
Причем в этом потоке, поскольку в этом потоке мало реальных лидеров (все реальные лидеры, обладающие политическим опытом, сидят в парламенте, они все, как бы, проангажированы и они не выйдут на улицу), этот поток чреват взрывом, огромным взрывом такого, пугачевского свойства. Там копятся огромные энергии разрушения, которые могут уничтожить и страну, и власть, и, может, даже всю Вселенную.
Другой же поток – он движется, огибает парламент с другой стороны и движется в сторону Кремля, в сторону в данном случае Путина как, по-прежнему, лидера. И этот поток исторический – он воздействует на него, он его пугает, он ему предлагает трагические уроки прошлого, он напоминает ему о страшных ошибках русской истории и его личных ошибках, одна из которых была невыдвижение себя на 3-й срок.
Он говорит ему, что его ситуация очень зыбкая, что если он не преобразится, если с ним не произойдет чудо преображения, он обречен. Потому что вот эти технологии, о которых я вам говорил, они предполагают нарастание вот этого давления снизу с одновременным давлением сверху.
* * *
Путин чувствует, что над ним нависли 2 угрозы или, вернее, он оказался, как бы, между молотом и наковальней. На него давит низ мощно, на него давит американский верх. Потому что Клинтон уже заявила о том, что она очень обеспокоена ситуацией с выборами, говорят, что Маккейн прислал Путину телеграмму «Предупреждаю, что вы можете разделить участь Каддафи или, там, Маккейна». Этот старый жук Маккейн, будь он проклят.
И у Путина ситуация трагическая. У него есть выход. Знает он о нем или нет, трудно сказать. Но есть выход. Он так или иначе должен менять курс, он должен вводить коррекцию.
Путина оставило общество, в целом. Путина оставила и уже давно либеральная еврейская интеллигенция, которая очень важна в любом политическом процессе, особенно в России. Путина оставили националисты русские, потому что многие из них сидят в тюрьмах, потому что закон об экстремизме посажал их на цепь. Путина оставил уже давно вот этот советский большой пласт сегодняшнего общества. Путина оставил малый и средний бизнес, Путина сейчас на глазах оставляет крупный бизнес. Вот, Пугачев удрал. Это, казалось бы, вообще путинская тень (Пугачев), православный банкир, бизнесмен, который после каждого миллиона заработанных на русских костях рублей крестился на иконы. Вот, он переместился в Лондон и посылает проклятья. Бородин – тоже крупный воротила – он уже отпал от них. Лужков со своей дамой сердца отпал от них. То есть Путин остался в изоляции, он должен искать базовый слой, на который он может опереться.
Чиновничество воровское – да, это его базовый слой. Но оно никогда не может быть слоем поддержки, оно – зыбкое, оно – хлипкое, это предательское трусливое чиновничество.
Иерархи, верхушка церкви, которая поддерживает, казалось бы. Но внутри церкви брожения, есть целые движения церковников-сталинистов, есть движение направленных на православный социализм, которое отказывает в доверии вот этой мерзкой такой светской потребительской власти порочной. Поэтому он должен искать новый слой для того, чтобы, как бы, уцелеть и совершить маневр.
Он должен, конечно, отрешиться от самых тлетворных и отвратительных людей своего окружения, он их должен выбросить через ров народу. Он должен перелопатить собственное сознание, в котором он сам себе представляется как плейбой, как друг Берлускони. Он вообще должен перестать чувствовать себя русским Берлускони или Саркози, он должен почувствовать себя носителем каких-то огромных стратегических задач. Способен ли он на это или нет? Мне кажется, нет. Но вдруг способен? Мне кажется, что он не способен на это, он слишком в этой матрице вписался. Ему в этой матрице сначала было хорошо, а сейчас ему просто страшно выйти за пределы этой матрицы. Но в руках божьих все. Поэтому он должен совершить маневр и он должен опереться, как мне кажется (я могу ошибаться), на тех людей, которые до недавнего времени были в стороне от него – он их чурался, он их боялся. Это люди, так называемые, как бы, государственники, державники, состоящие из двух тенденций: это имперцы, красные, советские имперцы и имперцы белые, монархисты. Соединить вот эти 2 имперских энергии и создать вот этот слой, который мечтает о сильном государстве, о традиционных представлениях о родине, о боге, о культуре, о миссии вождя. Вот этот слой мог бы искуситься на его, как бы, заявления, на его предложения.
Но, конечно, для того, чтобы этот слой был един, должна прекратиться эта чудовищная деятельность церковников, таких как Илларион, который, например, вбивает клин как раз между левым и красным империализмом русским, постоянно их ссорит, постоянно вызывает деструкцию.
Но если Путин пойдет на это... А к этому есть предпосылки, потому что давление со стороны Госдепа и Белого дома будет нарастать. И между Россией и Америкой уже возникли очень большие затруднения по направлению ПРО – вы это знаете – Макаров заявил об асимметричном ответе, и возникает такая тень «холодной войны». И, может быть, наконец, возникнет драгоценная, желанная мною «холодная война» между Америкой и Россией. И в недрах этой «холодной войны» Путин вынужден будет стремительно заниматься модернизацией страны, модернизацией военно-промышленного комплекса, заставит ракеты летать и летать до цели, заставит корабли русские не тонуть, а плыть по мировому океану. Он займется всерьез не медведевской, а какой-то новой путинской, прохановской модернизацией индустрии, созданием новых мощных производств. Вот я вижу шанс для него и для страны. Способен ли он двинуться в этом направлении или нет, покажет, повторяю, ближайшее время.
* * *
Я не поддерживаю вот этот вот уличный взрывной как такая раскаленная черная лава, черно-красная лава, летящая по московским улицам, я его не поддерживаю. Я не поддерживаю второй поток, который движется в Кремль, потому что этот поток может прийти в Кремль и не подвигнуть Путина. Я поддерживаю ту остающуюся, может быть, даже бесконечно малую вероятность того, что вот этот поток, который шарахнет по кремлевским коридорам и малахитовым кабинетам президентским, он произведет мутацию, мутацию Путина. В противном случае я думаю, что Путин обречен, страна обречена и его сомнут, просто сомнут. Вот, я верю вот в это чудо – это и есть то чудо, о котором я все время говорил здесь в вашей программе, и упоминание о котором вызывало такое раздражение у моих слушателей, у моих оппонентов. Вот это мы приближаемся к моменту, когда это чудо должно либо наступить, либо оно еще раз, в очередной раз пролетит мимо нас и оставит в воздухе такой кровавый след.
* * *
Я предполагаю, что сейчас происходит очень интенсивный закулисный внутрипарламентский компромиссный процесс. Коммунисты молчат по сей день по-прежнему, хотя, казалось бы, они должны были как и справедливороссы выступить с обличением. Потому что они получили там свои 20% - конечно, это не власть, это опять паллиатив. Но они молчат.
Я думаю, что это связано с тем, что идут переговоры с Путиным о коалициях. Но не об этих жалких и бессмысленных коалициях в парламенте, о которых говорил Медведев – от случая к случаю, решение конституционных проблем, а так сидите у себя на задворках и пейте в буфете кофе. Нет, речь идет о коалиционном правительстве. Я думаю, что все эти уличные демонстрации толкают власть к созданию коалиционного правительства...
Я думаю, что в этом коалиционном правительстве коммунисты могли бы потребовать себе 2 портфеля – портфель министра образования (там Смолин – он готовый министр, блестящий знаток, теоретик, педагог, духовица) и, конечно, они должны потребовать себе социальный пост. Они должны выдавить из правительства Голикову и занять ее место.
И вот тогда, может быть, повторяю, может быть, накал страстей несколько утихнет. Потому что, вот, либералы, которые сейчас руководят уличным процессом, вот эта либеральная компонента – ну, я даже туда, как бы, и Лимонова заношу, хотя, конечно, он не либерал. А, может быть, он и либерал или вообще левый в европейском таком, Сартровском смысле слова. Тогда они не получат поддержку вот этого красного спектра. Зюганов удержит своих адептов от выступлений на улице обещаниями им реального присутствия в исполнительной власти, решением социальных проблем, вот этого ЕГЭ мерзкого, удаление Фурсенко. Вот этот процесс может затормозить. Это графитовые стержни, которые сейчас Путин может ввести в этот идущий в разнос политический реактор современной России.
* * *
Мы движемся к «холодной войне», потому что заявление Лаврова – это заявление в духе «холодной войны». А, по существу, все, что делает Америка сейчас по отношению к ПРО, по отношению к русским ракетам в Сирии и так далее – это есть абсолютная спецоперация «холодной войны». И видит бог, я не испытываю трагического ощущения от этого. Нам нужна «холодная война», нам нужна мобилизация, нам нужна встряска. Вот, во время этой расслабухи омерзительной с 1991 года мы превратились в кисель, мы превратились в какую-то бессмысленную смятку, мы разучились работать, жертвовать.
Мы очень интересны Америке, потому что для Америки мы – гигантский плацдарм. Америка все эти годы сосет вот эту русскую сиську, высасывая из нее последние капли русского молока. Америка окружает нас системами ПРО, она ставит радары, она окружила нас базами. Как же не интересно, когда американский бюджет, гигантский, она смотрит на нас с ужасом, когда мы поддерживаем Иран, она умоляет нас не поставлять Ирану С-300. Сейчас сирийский кризис. Мы интересны Америке, мы интересны Америке как еда, понимаете? Как только со стола Америки уберут это лакомое блюдо России, она станет чахнуть, у нее образуется огромный кадык. А Обаму на этом посту сменит какой-нибудь белый американский шовинист, не дай бог.
* * *
Армия может встать (на сторону митингующих - от редакции), потому что у армии в башке нет ничего. Исчезли из армии генералы с государственным мышлением, всех вычистили, выгнали, и я думаю, что последние... Не знаю, известно ли это прессе или нет, когда силы ФСБ требуют приказов письменных от Путина принимать свое решение. Речь идет о близком перевороте.
Летать в России станет еще дороже
Креатив Госдумы так и прет: про букмекеров и депутатов
Вот это "Вызов"
