"Ситуация в Египте – это не "оранжевая" революция, а реальные социальные протесты обнищавшего населения"
Новости из Египта не сходят с экранов телевизоров уже которые сутки подряд. И разобраться в том, что же действительно происходит в одном из самых древних государств планеты из-за пестроты комментариев совсем не просто. Что же можно считать неоспоримыми фактами, а что – преувеличением? Действительно ли "твиттерная" революция является следствием народных протестов, а не очередным "оранжевым" проектом? Ответить на эти вопросы и дать свою оценку событиям корреспондент Накануне.RU попросил ведущего эксперта Института востоковедения Российской академии наук Бориса Долгова.
Вопрос: Протестанты остаются на площади Тахрир в центре Каира уже не первые сутки, смогут ли они добиться отставки Мубарака?
Борис Долгов: Оппозиция ранее решила, что 1 февраля должно стать последним днем правления Мубарака, однако мы не должны забывать, что решающее слова и в истории Египта, и в сегодняшней ситуации остается за армией. По поступающей информации, площадь Тахрир окружена войсками и от того, как поведет себя командование, зависит очень многое. Нельзя забывать, что вице-президент, который был назначен Мубараком, Омар Сулейман предложил начать немедленный диалог с оппозицией для того, чтобы решить все спорные моменты между властями и уличными протестантами. Правда, оппозиция до последнего момента не отреагировала на это заявление, и сказать, как будут развиваться события, достаточно сложно. Вице-президент Омар Сулейман – это сильный и решительный человек, который не дрогнет в критической ситуации. Но все же я склонен думать, что переговоры скоро начнутся, и стороны придут к какому-то согласию, поскольку и те, и другие говорят о создании правительства национального спасения, в котором будут участвовать и силы оппозиции, и представители правящей элиты. Это, естественно, наиболее приемлемый путь для разрешения ситуации. Но, к сожалению, нельзя исключить и того, что начнет развиваться другой вариант событий. В случае масштабных беспорядков на площади Тахрир ситуация станет просто угрожающей. Лидер оппозиционеров Мохаммед Эль-Барадей уже заявил, что не хочет кровопролития. Здравый смысл должен подсказать обеим сторонам, что пора заканчивать с этой ситуацией и садится за стол переговоров.
Вопрос: Можно ли говорить, что Эль-Барадей действительно является признанным лидером оппозиции и способен удержать ситуацию под контролем? Говорят еще, что и в армии настроения различные.
Борис Долгов: Естественно, это осложняет ситуацию, и время работает не на режим Мубарака. Генералитет еще не сказал своего последнего слова, но армия в Египте все-таки представляет собой более или менее монолитную силу, которая является частью правящего режима. Напомню, что львиная доля американской финансовой помощи Египту, а это 3 млрд долларов в год, шла на содержание египетской армии - самой большой армии а арабском мире. И военные при режиме Мубарака имели всяческие привилегии, а потому говорить, что вся армия в Египте перейдет на сторону оппозиции, я бы не стал. Армия не допустит тунисского варианта развития событий.
Вопрос: Что будет с Израилем при дестабилизации ситуации?
Борис Долгов: Израиль заинтересован в том, чтобы сохранить режим Мубарака, потому что египетские власти были партнерами израильтян в деле уничтожения радикальных палестинских группировок. Кроме того, Египет – давний партнер США на Ближнем Востоке. Если начнется кровопролитие, от этого выиграют, прежде всего, исламисты, а это не входит в интересы ни Израиля, ни Соединенных Штатов. Так что можно говорить о том, что Запад хочет, чтобы Мубарак остался.
Вопрос: Значит, события в Египте – это не "оранжевые" технологии, которые так любят американцы?
Борис Долгов: Нет, это несрежиссированная революция. Это настоящий социальный протест, который вызван социально-экономическим кризисом в Египте, который, в свою очередь, был вызван мировым кризисом. Перемен в Каире захотел не кто-то извне, а, прежде всего, сами жители страны.
Вопрос: Почему Хосни Мубарак не определил себе политического наследника, который мог бы в данной ситуации устроить всех и вывести страну из кризиса?
Борис Долгов: Фактический преемник был. На пост отца претендовал старший сын Мубарака Гамаль. Осенью этого года в Египте дожны были пройти президентские выборы, и Гамаль был одним из фаворитов. Но сейчас об этом можно говорить только гипотетически. До сентября, когда должны были бы пройти выборы, такая ситуация не может сохраниться. Сейчас оппозиция предлагает принять новую Конституцию и, конечно же, выборы, если они состоятся вообще, будут проходить в другое время.
Вопрос: Сейчас в Египте очень много наших соотечественников. По разным данным, там находится до 40 тыс. граждан России, и многие не собираются откладывать путешествие к морю, поскольку не принимают всерьез все эти события. Действительно ли сейчас опасно находиться в Египте, если не приезжать специально в Каир или Александрию?
Борис Долгов: Действительно, опасность существует. Никто не гарантирует, что банды преступников, которые вырвались из тюрем, не двинутся в туристические центры за легкой наживой. Так что я бы не советовал появляться сейчас в Египте даже на курортах, которые кажутся оазисами спокойствия. Все может поменяться в любую минуту.
Летать в России станет еще дороже
Креатив Госдумы так и прет: про букмекеров и депутатов
Вот это "Вызов"
