Лида Мониава заявила об уходе с поста директора "Дома с маяком"
Учительница с Урала назвала фейком слухи о домогательстве со стороны восьмиклассника
Владимир Путин обсудил с Уиткоффом и Кушнером урегулирование кризиса на Украине
Из двух зол не стоит выбирать большее...
Вот интересно – где теперь Хусейн? Знает ли, что происходит у него дома? Смотрит ли Аль-Джазиру? Или хотя бы CNN? Какие сны ему снятся?
И какие сны снятся старому приятелю Хусейна – Рамсфельду, с которым двадцать лет назад он заключил союз против иранских аятолл?
Нет, не война пришла в Ирак сегодня. В Ираке - революция. Она просочилась туда с тысячами паломников через границу, проникла в каждый шиитский дом от Басры до Кербеля, пузырящейся на солнце кровью затопила базары и мечети. Поэтому обоим – и Саддаму, и Дональду, снятся сегодня не сбитые Апачи, не подвешенные над мостом в Аль-Фаллудже куски американских тел, не взорванные "хаммеры" в Наджафе, а проступающий сквозь клубы дыма профиль "черного муллы" Рухоллы Мусави Хомейни.
***
В том, что именно Иран покровительствует нынешнему восстанию в Ираке, уже никто не сомневается. Сами иракские шииты открыто говорят, что хотели бы построить исламское государство по образу и подобию соседней республики. Американцев от этого, конечно, бросает в дрожь.
***
Два месяца назад в просторный холл прямо под крышей одного из нью-йорских небоскребов, слегка прихрамывая, вошел полный, неряшливый человек. Помещение было забито журналистами и просто интересующимися. Ричард Перл, теперь уже экс-советник Белого Дома по обороне - один из "авторов" иракской кампании прошлого года и один из самых влиятельных "ястребов" в администрации. Вместе с остальными появления Перла с нетерпением дожидались два суетливых старичка. Западные костюмы не могли скрыть их восточного происхождения. Старички старались познакомиться со всеми и всем протягивали визитки – эмигранты из Тегерана, они, казалось, просто мечтали, чтобы кто-нибудь обратился к ним с вопросом об их родине.
"Режиму остались считанные дни", - тут же принимались убеждать своих собеседников эти двое. Было заметно, что каждый из них был бы не прочь стать после крушения режима каким-нибудь Хамидом Карзаем или на худой конец – Захир-Шахом. Вошел Перл. Быстро подкрепившись у фуршетного стола, он проковылял к трибуне, чтобы рассказать о своей новой книге – "Конец Зла". Старички еле дотерпели до конца выступления. Вопрос их был, конечно, про Иран. Перл отвечал долго. Но каждое его слово радовало диссидентов – казалось, они получили подтверждение своих слов: ведь даже по алфавиту следующим после Ирака должен стать Иран, а все-таки не Корея.
***
"Иранские муллы поддерживают выжившую часть руководства Аль-Каеды. Они создали и поддерживают Хезболла, террористическую группу, уничтожившую почти три сотни американских солдат в Ливане и в Испании в 1983 и 1984-м. Они преследуют своих диссидентов, даже на американской почве – так Иран организовал убийство Али Акбара Табатабаи, критиковавшего режим Хомейни и до сих пор скрывают убийцу – Дэвида Белфилда /Дауда Салахуддина/. Иран стоит за одними из самых громких антисемитских преступлений – взрывом еврейского центра в Буэнос-Айресе в 1994-м году и израильского посольства – в 1992-м, а также за покушением на самого знаменитого проамериканского шиисткого лидера в Ираке – Абу Маджид Аль-Хои был убит за считанные дни до возвращения в Наджаф после двенадцати лет изгнания. Не стоит забывать о захвате заложников в 79-м году. Американская политика, конечно, не всесильна. Нам иногда приходится иметь дело с режимами, которые нам не нравятся. Но по поводу Зимбабве, Кубы и Ирана не может быть никаких сомнений – преступники Мугабе, Кастро и Хаменеи больше не могут быть правителями своих стран".
Р. Перл, Дэвид Фрум "Конец Зла", 2004.
***
Да, в феврале и Перлу, и всей Америке казалось, что скоро она возьмется за Иран. Вышло иначе – Иран взялся за Америку. Хотя почти полгода никто не думал, что это возможно. В Тегеране проходили поддерживаемые Западом студенческие демонстрации, парламентские выборы обернулись жестоким политическим кризисом – президент-реформатор Хатами даже обещал уйти в отставку, если консерваторы не согласятся на компромисс. Наконец, високосный год начался для Ирана целой серией ЧП – землетрясения, взрывы поездов, пожары, падения самолетов. Можно было подумать, что вот-вот страна дрогнет.
Не дрогнула. Наоборот, отказавшись от импорта демократии, Иран решился на экспорт революции. Иракские события – маленькая копия того памятного 79-го года в Иране.
Отступление. ВЕЛИКАЯ ФЕВРАЛЬСКАЯ ИСЛАМСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ
Иранский шах Мохаммад Реза Пехлеви был ориентирован на сотрудничество с Западом, хотя и не стал в полном смысле его марионеткой. Экономические реформы шахского кабинета вышли половинчатыми. В чем-то они достигли цели – в Иране, например, появились хорошие дороги, а государство даже приобрело контрольный пакет акции немецкой промышленной группы "Крупп". В чем-то были совсем провальными – имущественное расслоение в обществе достигло критического уровня.
Понимая, что в Иране сталкиваются геополитические интересы обеих сверхдержав, шах выбрал политику лавирования между ними – то, что не удавалось получить у американцев, Тегеран старался взять у СССР. Разумеется, такая тактика не нравилась ни США, ни Союзу. А значит наверняка и там, и там держали за пазухой планы замены шаха кем-нибудь более лояльным.
Страну наводнили иностранные советники. Больше всего было американцев. Западная культура насаждалась повсюду. Лучшая иллюстрация - тридцать лет назад иранская женщина могла свободно надеть мини-юбку. А на сцене одного из театров при покровительстве родственницы шаха, отвечавшей за культуру, ставился спектакль, в котором половой акт не имитировался, а совершался. Расточительный образ жизни американцев и пренебрежительное отношение к иранской морали раздражали простых людей, а главное – духовенство. Но шиитские улемы не были тогда силой, способной возглавить вооруженное восстание.
Многим противникам монархии пришлось эмигрировать. Был среди них и аятолла Хомейни.В 1963-м он был арестован, в 64-м – выслан в Турцию, в 65-м переехал в Ирак, где поселился в Наджафе /там как раз сейчас идут бои/. Затем имам перебрался в Париж. В Иране к тому времени уже начались массовые антишахские демонстрации. Их участники не были вооружены. Служба внутренней безопасности САВАК /настолько кровожадная, что даже Пиночет посылал к шаху своих офицеров "на практику"/ выявляла зачинщиков и жестоко с ними расправлялась, но акции протеста продолжались. Причем, на том этапе гораздо большую активность, чем улемы, в борьбе проявляли иранские левые /марксисты/ и исламские экстремисты /ОМНИ и ОФНИ – военизированные организации "Моджахедов Народа Ирана" и "Федаев Народа Ирана"/.
Шахская же пропаганда старалась дискредитировать оппозицию. В конце концов, агитаторы перегнули палку. Искрой к восстанию стала публикация в одной из правительственных газет статьи, в которой утверждалось, что популярный в народе имам Хомейни – сексуальный извращенец /тяжелое обвинение для мусульманина/. Сразу после этого в Тегеране начались невиданные по массовости манифестации. В начале 1979-го Шаха вынудили покинуть страну. В феврале спецрейсом из Парижа в столицу вернулся Хомейни.
Нужно сказать, что его возвращение было очень похоже на многие другие "возвращения" восточных лидеров, которые мы наблюдаем сегодня. Запад на первом этапе, скорее всего, не был настроен против муллы, культурного человека, владевшего иностранными языками. К примеру, одним самолетом с ним летела съемочная группа Би-Би-Си - легендарный ведущий Джон Симпсон взял тогда у Хомейни первое интервью – прямо в воздухе.
Самолету не сразу дали посадку, сначала был отдан приказ его сбить. Однако в итоге – к ликованию тысяч своих соотечественников - Хомейни спустился по трапу на иранскую землю.
В этот момент революция, начавшаяся почти без крови, превратилась в из бархатной в настоящую. В одной из воинских частей шахской армии случился бунт – солдатам запретили смотреть трансляцию триумфального возвращения Хомейни. Армия вышла из подчинения и присягнула на верность новому лидеру. Вместе с федаями, моджахедами и отрядами марксистов неофиты революции принялись громить полицейские участки, отлавливать и расстреливать агентов САВАК.
Самое странное – то, как повел себя Запад. Американцы предоставили убежище шаху. И сразу дали понять, что определились - такая революция им не по вкусу /еще бы, запахло национализацей американских объектов/. Но то, что случилось потом – стало шоком для Вашингтона.
Правда,6.11.79
Тегеран,5 /ТАСС/ "Со вчерашнего дня посольство США в Тегеране находится в руках иранских студентов, требующих выдачи находящегося в США бывшего шаха Ирана"
И дальше – стремительно:
Правда,28.11.79
Тегеран,27 /ТАСС/ "В иранской столице, а также практически во всех других городах страны проходят митинги и демонстрации под лозунгом борьбы против американского империализма. В них принимают участие сотни тысяч человек.
Тегеранское радио передало выступление аятоллы Хомейни, обратившегося с призывом к вооруженным силам страны быть готовым к "священной войне" с США. Мы, сказал Хомейни, должны мобилизовать весь иранский народ на борьбу с ними. Аятолла Хомейни предложил начать военную подготовку 20 миллионов молодых иранцев на случай войны."
Правда,3.12.79
Вашингтон,2. /ТАСС/ "..."ближневосточная группа" военно-морского флота США усилена еще двумя военными кораблями... В итоге общее число американских военных кораблей, готовящихся занять позиции поблизости от берегов Ирана, будет доведено до 21. Среди них - 5 американских ударных авианосцев."
Требования иранских студентов помимо выдачи шаха включали в себя возвращение богатств шахской семьи и размораживание иранских счетов. Президент Джимми Картер не мог решиться на военную операцию – впереди были выборы, а Вьетнам его избиратель еще не забыл.
Правда,26.04.80
Вашингтон,25 /ТАСС/ "..сегодня ночью с созданного в отдалённой пустынной местности на территории Ирана секретного аэродрома планировалось проведение десантной операции по освобождению сотрудников американского посольства... Однако операция сорвалась... из-за "технических неполадок". Произошло столкновение на земле двух американских самолётов, в результате которого 8 членов экипажа самолётов погибли... Все другие участники планировавшейся операции эвакуированы."
Это была самая крупная неудача американских спецслужб за всю их историю и самая звонкая пощечина, доставшаяся Вашингтону от не сверхдержавы. Заложников освободили только 20 января 1981-го года, в день инаугурации Рональда Рейгана. Кризис продолжался 444 дня.
Американского посольства в Тегеране нет до сих пор. И все двадцать пять лет, что существует исламская революция, Иран находится под жесточайшим прессингом. Уже в 1980-м развязанная с подачи американцев ирано-иракская война должна была подкосить молодое государство. Как раз тогда и познакомились Саддам Хуссейн и Дональд Рамсфельд – США предоставили иракской армии химическое оружие, активно применявшееся в том конфликте. Результат противостояния, впрочем, оказался неожиданным. Укомплектованный подростками иранский "Корпус Стражей Исламской Революции" нанес несколько сокрушительных поражений войскам Хуссейна и продвинулся вглубь Ирака почти до Басры.
В 85-м году стороны заключили перемирие, а в 89-м умер Хомейни. Впрочем, отношения Ирана с Ираком после его смерти не изменились. Ирак продолжал укрывать и поддерживать остатки иранской оппозиции /Хомейни быстро расправился как с нелояльными моджахедами, так и с коммунистами/, а Иран в свою очередь воздействовал на иракских шиитов, составляющих, как известно, 60 процентов населения этой страны.
***
Менее многочисленной суннитской общине – костяку партии Баас - правившей в Ираке до свержения Саддама, удавалось держать шиитов под контролем только благодаря репрессиям. Сегодня, когда диктатура разрушена, в Ираке нет силы, способной предотвратить реакцию распада. Польские эксперты на этой неделе уже предположили, что стране, возможно уготован путь конфедерации – курдов, суннитов и шиитов невозможно заставить жить в одном государстве. Так уже было, как мы помним, с другой страной – Югославией.
***
Человеку, не связанному с исламом, разница между шиизмом и суннизмом может показаться незначительной. Но для самих верующих она огромна. Иногда, очень грубо, конечно, шиизм называют христианской струей в исламе, или даже "мусульманским православием". Шииты верят в толкователей учения – людей с высоким духовным авторитетом. Они не допускают даже гипотетической возможности существования над собой другой государственной власти – уж тем более демократической. Вот почему иракские выборы по-американски устраивали шиитов до тех пор, пока они могли надеяться на их справедливый итог /две трети населения непременно избрали бы главой государства имама/.
Аксиомой является и то, что шиизм исторически наименее расположен к альянсу с новым мировым порядком, строящимся по американским чертежам. Суннитов в этом еще можно было бы заподозрить – есть все-таки Саудовская Аравия, Катар, Бахрейн и прочие дробные арабские страны, где США удалось пустить корни. Спровоцировав же революцию шиитов, американцы получили настоящую бурю в пустыне.
***
Что дальше? Вариантов много и отнюдь не все они трагичны для американцев. Самый очевидный – прямые переговоры с Ираном. Тот, понимая как важны для США предстоящие выборы, теперь имеет право выдвинуть собственные условия, а именно – постепенное снятие санкций, прекращение давления по линии МАГАТЭ, обуздание Израиля, всерьез собирающегося после убийства шейха Ясина и обезглавливания ХАМАС взяться за руководство Хезболла. Но главное – Иран может потребовать от американцев прекратить поддержку оппозиции – и в случае согласия получит прекрасную возможность стабилизировать ситуацию внутри страны. Вне всякого сомнения, такой сценарий сделает Иран глобальным центром исламского сопротивления /что по большому счету не выгодно ни Саудовской Аравии, ни Аль-Каиде, но это уже другая история/. Так или иначе – если сопротивление Муктады Садра вдруг стихнет, это на 90% означает, что Вашингтон уже разговаривает с Тегераном.
Второй вариант – подавление восстания кровью с одновременным усилением давления на Иран. Это тоже осуществимо, хотя и рискованно. Но после кризиса на Гаити стало понятно - американцы сегодня готовы на любую военную интервенцию в любой точке планеты. Как однажды разоткровенничался Дональд Рамсфельд – "Америка в состоянии вести больше чем одну войну на разных фронтах". Вот только в таком случае Полу Бремеру придется срочно искать замену Хуссейну – и это должен быть не менее суровый диктатор, способный подавить сепаратизм на севере, в Курдистане, и на юге, в шиитских районах. Где такого лидера взять, не очень понятно. Разве что поискать в застенках Гуантанамо?
Окончательно сломить сопротивление все равно не удастся. Ведь неспроста же шииты дерутся на улицах Аль-Фаллуджи бок о бок с суннитами. Для примирения исламских течений, враждовавших столетиями, нужен веский повод.
Наконец, слишком многим сегодня выгодно создание рычага воздействия на США. Не нужно быть астрономом, чтобы угадать в происходящем, например, прямой или косвенный китайский интерес. Так что силовой сценарий тоже возможен, хотя и менее вероятен.
***
Как относиться к иракской революции России? Пожалуй, сегодня мы впервые демонстрируем четкое понимание собственных интересов. Как заявил в ходе своего визита в Норфолк министр обороны С.Б.Иванов, Россия обеспокоена тем, что Ирак становится плацдармом для международного терроризма. Этот жест в сторону администрации США крайне актуален сейчас. Москва ни в коем случае не должна поддерживать пацифистские настроения в Америке. Победа демократической партии на выборах в ноябре грозит нам тем, что в Белом Доме появятся люди, гораздо более агрессивные, чем грузный философ Ричард Кларк. Потомки эмигрантов из Восточной Европы вроде Мадлен Олбрайт или Збигнева Бжезинского ненавидят Россию физиолочески. И если идея фикс администрации Буша – война в Заливе, то идея фикс, с которой придут демократы – война на Балканах, в Молдавии, Грузии или на Украине.
Кроме того, демократическая партия США однозначно ориентирована на поддержку любых политических устремлений Израиля. Тут достаточно сказать, что младший брат сенатора-демократа Джона Керри Кэмерон Керри исповедует иудаизм. Это означает, что сразу после выборов - в случае победы демократов – Россия получит международную проблему под названием "Ходорковский-Гусинский-Березовский", и поправка Джексона-Вэника, введенная в отношении СССР в семидесятых, покажется нам детской шуткой.
Буш выгоден России и потому, что благодаря его действиям – умелым или неумелым – цена на нефть сегодня заставляет вспомнить о 73-м годе. Да, очевидна параллель с брежневским временем. Но для экономики СССР, вопреки измышлениям Гайдара, это было не самое плохое время. Буш выгоден России потому, что центр террористической активности сегодня действительно переместился от наших границ к югу. Он выгоден нам потому, что его консерватизм /кажущийся зачастую просто умственной неполноценностью/ на самом деле – некая платформа для разговора. Консервативная Алабама, штрафующая Эксон-Мобил за неуплату налогов, скорее поймет наш ЮКОС-гейт, чем либеральная Уолл-Стрит. Принимающий гробы из Аль-Фаллуджи Техас скорее поймет наш Норд-Ост, чем высоколобый Массачусетс. К тому же брат у Буша – все-таки губернатор Флориды и убежденный католик.
Это отнюдь не означает, что при Буше Америка станет более расположена к России. Военные базы в Средней Азии еще никто не закрыл. Но, если держать в голове интересы всего государства, то из двух зол – по русской поговорке – все же не стоит выбирать большее.
Летать в России станет еще дороже
Креатив Госдумы так и прет: про букмекеров и депутатов
Вот это "Вызов"
