Тренер сборной России по футболу пожелал "Уралу" вернуться в РПЛ
У восточного побережья Камчатки произошло землетрясение
Пожар на Исаакиевской площади в Петербурге ликвидирован
Президент России Владимир Путин посетил полигон Чебаркульский в Челябинской области
Главный тренер сборной Намибии назвал козырь команды в матче с Россией в Екатеринбурге
Артисты Пермского Театра-Театра выступили против назначения главного режиссера
 "Фото: Накануне.RU")
Кашин в первой после нападения колонке рассказал, как жаловался на зонд в носу и заигрывал с медсестрами
В журнале "Коммерсантъ-Власть" сегодня опубликована первая после нападения колонка Олега Кашина.
По словам самого Олега, его жизнь, "с какой стороны ни посмотри, была в те дни интересной и увлекательной". "Дырка была проделана ниже голосовых связок, поэтому, даже оказываясь в сознании, говорить я не мог. Увидев ручку в кармане врача, я было обрадовался, взять бы ручку и хоть на собственной забинтованной руке написать: "Под гипсом чешется!!!!!!" — они прочитают и помогут, почешут чем-нибудь. А вместо этого — удаляющиеся спины в белых халатах и никакой помощи. Тогда я еще не знал, что одна из спин принадлежит платному агенту издания "Лайфньюс", местному реаниматологу (я разоблачил его случайно спустя неделю), и что через несколько часов под заголовком "Храброе сердце" "Лайф" расскажет о том, как я потребовал бумагу и ручку, чтобы еще при включенном аппарате искусственного дыхания начать писать страшную правду о тех, кто стоял за нападением на меня.
В реанимационной палате, обмотанный трубками и проводами, я мог спать (и спал) сколько угодно любым сном, искусственным медикаментозным или естественным здоровым. Мог молчать, мог (на девятый день и далее) говорить и, даже пока не мог говорить, все же решил проблему с общением: нашлась неизвестно кем забытая детская грифельная доска, и, нарисовав руками в воздухе прямоугольник, такой условный жест, который сразу почему-то все поняли, я мог писать на этой доске, что меня сейчас беспокоит и чего я хочу. Только про гипс, под которым чешется, писать не потребовалось, его сняли быстрее, чем появилась доска. Поэтому главной темой моих записей стали жалобы на зонд в носу — кормили меня через нос какими-то специальными кормами — и заигрывания с медсестрами. Жизнь моя, с какой стороны ни посмотри, была в те дни интересной и увлекательной".
Кашин пишет, что, взяв в руки посвященную ему газету "Кашинъ", которую делали его друзья-журналисты, почувствовал себя почти как Гагарин после полета в космос: "Меня же к концу второй недели после покушения интересовало только одно. Вот был когда-то молодой красивый летчик Гагарин. Выбрали его каким-то образом космонавтом номер один, и в 27, что ли, лет он улетел в космос на час с небольшим. Вернулся – ну и все, и нет больше никакой жизни, одни президиумы, банкеты, доклады и печать обреченности на молодом красивом лице. Семь лет так проболтался, прежде чем погибнуть окончательно. Я лежал в реанимации, листал газету "Кашинъ" и думал о Гагарине и о том, как мы с ним похожи".
"Но у меня перед Гагариным есть одно важное преимущество, – продолжает Кашин. – Новогодние каникулы – великое, как я теперь понял, изобретение. Сейчас начнется декабрь, я его весь, наверное, проболею, а потом страна станет пить. На рабочие места возвращаться будем вместе, страна после праздников и я после реабилитации. Никто не вспомнит. Никто не заметит. И можно будет нормально, как раньше, работать. Они ведь не заставят меня замолчать".
"Имитацию избиения Кашина заказали очень влиятельные люди, я опасаюсь за свою жизнь". ВИДЕО
Летать в России станет еще дороже
Креатив Госдумы так и прет: про букмекеров и депутатов
Вот это "Вызов"
